Волны брутальной музыкальной информации, прорываясь сквозь волшебство просторов звёздного пространства, нашли своё отражение в мозговых центрах двух гитаристов, встретившихся волею судьбы летом 1991 года – 25 июля. Концептуальные идеи этого проекта были заварены бас-гитаристом GILSON’ом и гитаристом VITUS’ом. Они сходу поняли друг друга и началась работа по выражению зарождающихся музыкальных идей. Всё шло своим чередом; соответственно, шёл поиск второго гитариста и барабанщика. Безо всяких правил и законов команда получила название "SHEHINE", так как для музыкантов это означало сопутствие в их бизнесе - экстремально-брутальной музыке. (Мистическое присутствие – “SHEHINE” – незримое излияние сверхестественного, приходящего в мир). Наконец состав был сформирован (были найдены второй гитарист и барабанер). Продуктивная репетиционная деятельность происходила на уровне максимальной самоотдачи. И музыканты продолжали поиски вокалиста с низким брутальным вокалом. Так, в мае 1992 года в команду был приглашён вокалист RazeR. Но, по воле случая, гитарист Vitus покинул коллектив. Первые 4 композиции были отточены; появилась возможность осуществить запись и группа начала поиск студии. Музыкальные идеи были материализованы в августе 1992 года. Энергетически-психоделлическое звучание демо-записи "THE WAY TO DEATH" мощно вклинилось в музыкальные Death-анналы, накапливая всё самое новое и передовое в экстремально-музыкальном направлении по всему миру. Демо SHEHINE было в момент распространено в московской музыкальной тусовке. Местом её постоянной дислокации становится знаменитый институт НИИДАР у метро Преображенская Площадь в Москве. SHEHINE становится соучредителем московской студии «Кербер» при содействии «радио России» и программы «Рок-Интенсив». Концертный зал, сцена и гримёрки за сценой стали для группы почти родным домом, где развивалась репетиционно-творческая деятельность.
      Команда стала организовывать свои первые концерты, мощно набирая обороты. Один из них был отснят Томским Телевидением для программы "Рок-Архив".
      3 февраля 1992 года был заключён контракт между группой и музыкальной Корпорацией "Парк", пытавшейся продьюсировать группу Шехина. Но, в силу того, что МКЦ "Парк" имел дела с панк-группами, менеджмент SHEHINE развивался в неправильном русле: участие в панковских концертах, прослушивания неврубающимися в правильную музыку продюсерами. Тогда команда разорвала всяческие отношения с "Парком".
      Запись SHEHINE 1992-го года, произведённая в непрофессиональных условиях (на очередной из репетиционных баз), показала неприемлемость thrash-techno-sound'a и необходимость его утяжеления и ужесточения в дальнейшем. Но, тем не менее, демо-лента получает рецензию в музыкальных кругах. Басс-гитарист GILSON и вокалист RAZER понимали это, чётко представляя процесс движения вперёд. Но двое других членов группы безнадёжно растеряли все креативные тенденции и уже не верили в будущее SHEHINE. Поэтому они были вынуждены покинуть команду. Замена была произведена в течение трёх дней. Это были:
новый гитарист Nikky и драммер ALEXXY " Tattoo ". Группа поменяла репетиционную базу в очередной раз. Дислокация перемещается на улицу Шереметьевская, в подвал довоенного дома по адресу Старомарьинское шоссе д.15, где уже обитали ещё 2 локальные московские команды.
Саунд группы был круто обновлён и стал более брутальным; музыканты оттачивали свой новый материал.
      С начала 1993 года свежая энергия дала возможность SHEHINE принимать активное участие в московских death-тусовках, например, «The Art of Self-Defence» - «Искусство самозащиты». Банда выступала с группами death-grind-doom-noise-industrial направлений. Силами самой команды был организован ряд сэйшенов, что было отображено с позитивной стороны русской металлической прессой. Так со стороны известной в «тяжёлой» тусовке «Металлической мамы» - Лидии Васильевны Куликовой – также являющейся администратором группы «Железный Поток» - поступило предложение о совместной деятельности, направленной на расширение влияния экстремальной музыки в молодёжной среде – глобальном развитии «Музыки Будущего». Предложение о серъёзной работе было принято. Группа SHEHINE сразу же базируется с группой «Железный Поток» на очередной репетиционной базе №5 в районе метро ВДНХ в подвале женского общежития. Затем – на базе №6 на улице Лётчика Бабушкина в помещении завода электро-лампового оборудования имени Дзержинского, в комнате, примыкающей к конференц-залу.
      Также команда устраивала и принимала участие в концертах в других городах. Так 18 сентября 1993 года SHEHINE победоносно отыграла гиг "Live......in Dmitroff", где был записан “живой” - трэк "The Way to Death".
      6 ноября 1993 года все были досконально уничтожены выступлением банды на концерте в городе Волоколамск.
      25 марта 1994 года - на концерте в Дубне, где были отсняты материалы для фильма под названием "GIG......into Dubna".
      В конце января 1994 года происходит чудо! В Шехину возвращается guitarist Vitus, пожелавший вновь работать в ранее задушенном и выбранном направлении. С его возвращением перед командой открываются ещё более дальние – пятое и шестое – измерения психоделической экстремальной brutal – death музыки. Но через 3 месяца Vitus навсегда исчезает из поля зрения участников группы SHEHINE.
      Банда принимает активное участие в московских фестивалях "Трэш - Твою Мать!".
11 мая 1994 года выходит юбилейный журнал «Железный Марш» №10 Корпорации тяжёлого рока(КТР), в котором публикуется статья о деятельности SHEHINE. Автоматически группа поддерживает дружественный контакт с КТР.
      Команда постоянно накапливает опыт и увеличивает число своих фэнов. Ведётся промоушен, группа регулярно проводит фото-сессии, появляются видео-съёмки. Открывается фэн-клуб SHEHINE под председательством HELL’a.
      Лирика SHEHINE включает философско-диаболические темы с выискиванием энергетически сплетённых мысленных пейзажей вселенной. Различные реальности присутствуют в текстах. Каждый слушающий лирику воспринимает её по-своему: вы в ней легко сможете узреть погружение в самые мрачные измерения реальности, исследование адских глубин, определите центр вращения плоти.
      Очередная смена состава: гитарист Nikky покинул группу летом 1994 года. На его место временно возвращается рыжий Teddy. Данная смена состава происходит за 2 недели до запланированного выступления группы на II фестивале «Трэш – Твою мать!» в Москве в ДК «Калипсо» на улице Краснобогатырская. Тем не менее команда успевает к восстановленному материалу добавить совершенно новую неординарную композицию “FleshFulcra”, которая 13 июля 1994 года прозвучала впервые. Вокалист группы – Razer сочинил текст и посвятил его всем классным истинным women, тайно и явно помогающим музыкантам идти по их death-road’y навстречу славе и успеху. В это же время продолжается сотрудничество и успешная реализация проектных идей с независимой организацией свето-звукового обеспечения BIG Black TEDD – LSD – директор Максим Бабаев.
      Гитарист Teddy выдержал в группе SHEHINE всего 2 месяца (по второму кругу), заныл и был выгнан на просторы житейской обыденности.
      Следующим рекрутером-гитаристом группы стал Сергей Краус.
Состав выглядит следующим образом:
GILSON - bass guitar, KRAUS - guitars, RAZER - voices, ALEXX "Tattoo" - drums.
      В апреле 1995 года студией СОЮЗ был выпущен CD-сборник "Трэш - Твою Мать! часть 1". Вы можете обнаружить на нём 1 песню SHEHINE под название “The Way to Death”.
      В мае 1995 была выпушена вторая демо-запись команды под названием "FLESHFULCRA" с 6 трэками.
      Далее, SHEHINE воплощает более тяжёлую брутализацию саунда. Команда заинтересована в нахождении реального продьюсера для своей неординарной музыки и жаждет произвести максимально-качественную запись.
      С сентября 1995 года SHEHINE имеет плотные отношения с видео компанией RITUAL VideoArtWorx, которая смонтировала 2 клипа группы: "FleshFulcra" и "The Way To Death". Их вы можете увидеть в фильме о SHEHINE под названием "Malicious Way", смонтированным в том же году.
      Следующий тур SHEHINE начался в начале 1996 года выступлением 20 января 1996 года на брутальном black-metal-show "Troops of doom". 9 февраля 1996 года - на шоу "IGOR's PRIVATE PARTY". Далее - на презентации Компании RITUAL VideoArtWorx 31 марта 1996 года.
После грандиозного выступления на show-презентации, заснятом на видео, в московском ДК «40-летия Октября» ( метро Рязанский проспект) по-«дурке» из команды выбывает drummer ALEXX. Через месяц упорного прослушивания барабанщиков, по рекомендации музыкальной тусовки, был приглашён экс-барабанщик группы Fantasm Андрей Лыков, который и стал недостающим участником квартета. А затем, в 1997 году команду покидают guitarist Kraus и Razer. «Чёрная кошка» - творческие разногласия приводят к уничтожению 3-го (концертирующего) состава команды SHEHINE.
      Gilson остаётся вместе с барабанщиком Andy(Андрей Лыков) и решает, тем не менее, продолжать рулить любимый проект.
      Надо сказать, что ещё до того, как развалился третий состав, Gilson’y в середине 1995 года позвонил бывший гитарист группы Bonoventura №2(не путать с №1, в которой ранее играл drummer ALEXX “Tattoo”) Алексей Зиновьев (родной брат бывшего экс-вокалиста группы Скэффолд Сергея Зиновьева) и сам предложил свои услуги 2-го гитариста для группы SHEHINE, видя стремительный победный взлёт коллектива. Сказал, что спустя 5 лет существования группы наконец-то въехал в её музыку и хочет помочь её стремительному движению вперёд.
Не говоря остальным участникам группы, Gilson начал работу со 2-м гитаристом(по 1-й репетиции в неделю) над «раскладами» партий второй гитары. Это продолжалось в течение полугода(самый конец 1996 года и несколько месяцев 1997 года, вплоть до 50%-ного «слёта» состава). Зиновьев начал «за здравие», кончил «за ….». Потихонечку разобрали 4 композиции, но данный гитарист так и не сыграл их ни одного раза от начала до конца без ошибок.
      Но вот грянул кризис – рухнул состав №3 в 1997 году. Судьба повела отсчёт против часовой стрелки. Gilson остаётся с Andy и, чтобы Зиновьева – Disaster’a(псевдоним) «довести до ума» и сделать 1-м гитаристом, требовалось заново учить партии 1-й гитары. Когда эта информация была доведена до ушей соискателя на вакантное место leader-player-guitarist’a в группе SHEHINE, данный субъект(Алексей Зиновьев) грубо говоря «обосрался»; человек просто изменился в 1 момент: стал нервным, более агрессивным, агрессия сменялась занудством и неверием в музыкальные дела. Он «ныл», «ныл»,- начались даже проблемы со здоровьем(давление). Постоянно стал задавать Gilson’y всякие дурацкие вопросы по поводу деятельности, ему всё было непонятно в действиях «капитана» команды. Пытался «выпытать» у басиста на пятилетку вперёд план продвижения команды к славе. (Да, одно дело – прибиться к уже играющей-концертирующей команде на всё готовое, другое дело – когда приходится опять начинать почти с нуля. Ещё не хватало Gilson’y давать отчёт по дням и часам о своих действиях каждому приходящему-проходящему). А сам Зиновьев в то время ничего не делал. Мало того, что не стал учить партии 1-й гитары, так почти позабыл все партии своей гитары.
      Это был 1997-й «черновой» год для группы SHEHINE. Группа в очередной, 8-й раз сменила репетиционную базу и весной переехала с базы на улице Лётчика Бабушкина(район метро ВДНХ – метро Бабушкинская) на базу в район метро Тушинская(рядом - улица Свободы) на улицу Подмосковная в дом 15.
      В неглубокий подвал в жилом доме, вместе с локальной дворовой командой, SHEHINE поставила часть уже начинающей постепенно появляться собственной ещё «совковой» аппаратуры типа акустики «АМО», усилителей «Гармония» и самые фирменные по тем временам живые барабаны TACTON чёрного цвета.
      Удалось продержаться в данном помещении всего пол года, но и эта минимальная, стабильная пауза дала возможность, к счастью Gilson’a, найти 2-го гитариста Deim’a, который, кстати, был знакомым Алексея Зиновьева по раннему творчеству(и даже играл с ним в одной команде). Но пришёл в группу SHEHINE своим независимым путём(без протекций) и основательно закрепился в составе в 1997 году. Это позволило сделать ему технику игры на гитаре и спокойный уравновешенный характер. В том же году Gilson выгнал Алексея Зиновьева за безмазовость, неверие в дело и, естественно, за скверный характер.
      Вспомним о вокалисте. Им после Razer’a стал Сергей Никифоров(Kiph) – экс-voice группы Mind Shelter(«хозяев» предыдущей репетиционной базы №7 по ул. Летчика Бабушкина, где репетировала группа SHEHINE). Он быстро и положительно откликнулся на предложение Gilson’a занять освободившееся место вокалиста в команде и органично(без видимых проблем) вписался в коллектив.
      В сентябре 1997 года группа SHEHINE состояла из 4 человек:
GILSON – bass player, DAIM – guitar player, KIPH – throat, ANDY – drummer.
      Шла работа по реанимации программы. Естественно, к этому времени произошли структурные изменения в музыкальном аспекте игры. Появились новые идеи, а значит, новые аранжировки. И музыка стала ещё более убедительно-brutal-навороченной и несла качественное, иное, чем с прежними составами, восприятие звуков иных измерений.
      С первым ноябрьским снегом того же 1997 года группа в 9-й раз меняет место дислокации на территории города Москвы и перевозит музыкальную аппаратуру. На этот раз причиной съезда послужила коллективная жалоба жильцов квартир, расположенных над репетиционной базой, которым окончательно снесло «крышу» брутальными звуками вселенной, издававшимися из недр подвала их собственного жилищно-коммунального хозяйства.
      Новым адресом, а вместе с тем и «пропиской», становится большее помещение(по сравнению с базой №8) – подвал в сталинском доме №6 на улице Генерала Ермолова, напротив Триумфальной Арки, рядом с Парком Победы, у музея – панорамы «Бородинская Битва», «Кутузовская Изба» и музея Макаренко.
      Хозяин этой базы, который собственно в нужный момент и помог вписаться группе SHEHINE в квадратные метры, также играл со своей собственной командой. Это был Сергей Я. Кстати сказать, позже ситуация поменялась с точностью до наоборот: теперь Сергей Я. приезжает со своей командой репетировать к Gilson’y на базу.
      Группа SHEHINE ещё с большей ответственностью и желанием работать окунается в творческий процесс. Идёт повсеместный поиск гитариста. Проходят регулярные репетиции. Неожиданно, но с радостью, в состав принимается звукорежиссёр – оператор Володя FESH, который был рекомендован dummer’ом ANDY.
      В начале 1998 года в поле зрения участников группы попадает стриженый белобрысо-крашеный паренёк-студент Женя Ладыжинский, к тому времени поступивший и отучившийся 1 год в Московском педагогическом институте. Как и все увлекающиеся музыкой в период студенчества молодые люди, он уловил момент и почувствовал интерес к деятельности команды SHEHINE, позвонил по объявлению(о поиске гитариста), размещённому в Интернете участниками группы. Встретившись с Gilson’ом(на прослушивании), Евгений выдал «по полной программе» по грифу своей гитары скоростной набор нот, пулями пролетевшими по палисандровым ладам.
- «Техничный» - з….сь. Вес 60 кг, рост 180 см, размер ноги – 42 см, - подумал Gilson.
- Ура! – подумал Женя – дадут шанс.
      Конечно, гитарист был с хорошей техникой игры, но, по мнению Gilson’a, всё же проявлялись недочёты(сказывалась техника игры Мэя Лиана, у которого Ладыженский её и перенимал), которая только на 2/3 приемлема для использования в экстремальных brutal раскладах), что при первой встрече осталось как бы незамеченным.(так как давно не попадались в “Amtors Seine” Shehine band техничные пальчики левой руки). А правая hand’ина в чёсовом плане была всё же слаба, и от этого 1/3 техники данного гитариста полностью сходила на нет(то есть страдали чёсовые дела). Всё это принялось, и, если учесть, что Евгений начал усиленно и кропотливо разучивать нотные партии первой гитары, обязавшись развить и усовершенствовать технику игры правой руки, то теперь Gilson не сомневался в правильности сделанной ставки.
      Восстановление 1-й программы продвигалось вперёд семимильными шагами. Попутно производились фотосессии, одна из которых с небывалым размахом развернулась и прошла на самом Кутузовском проспекте около Триумфальной Арки летом 1998 года в августе месяце. Проезжавшие в машинах женщины – автолюбительницы отчаянно сигналили музыкантам, и даже предпринимались попытки увезти понравившихся музыкантов.
      К июлю 1999 года все гитарные партии были восстановлены. Два гитариста – Bass’ист и guitarist – в основном работали на одного гитариста LAID’a(псевдоним Евгения Ладыженскоо в кругу участников группы SHEHINE), помогая ему в определении его концепции звучания в составе команды(помогали и разъясняли: в каких «раскладах» должна звучать та или иная гитара в пилёвках, попадая в определённые основные доли). Работа также велась над партитурой композиций.
      Собирался и «добирался» музыкальный аппарат, что положительно сказалось на качестве звучания SHEHINE на репетициях.
      Gilson работает на будущее ….., записывает все гитарные партии в ноты. А Kiph распечатывает все 8 «композиций» на бумаге и архивирует «творения» на различных компьютерных носителях. Также архивируются фото и видео материалы команды. Происходят периодические видео-съёмки – отснята одна сессия непосредственно на базе(заснят аппарат и репетиционный процесс). Теперь музыканты смогли не только услышать и «воочию» увидеть свою игру пальцами на грифе и правой рукой по струнам, но и узреть рисунок нот на белом листе.
      Всё складывалось более менее удачно, и Gilson планировал именно с этим составом произвести запись полномасштабного CD в выбранной им студии.
      Но нет же, - в тот самый момент, когда нужно было работать вплотную с барабанщиком в начале лета 1999 года у ANDY(Андрея Лыкова) – drummer’a начались проблемы с основной работой (верстальщика дизайнерских программ), а также свалились всякие неприятности в личной жизни (недоразумения и ссоры с собственной женой, с которой они воспитывали сына).
Этот участник группы стал пропускать репетиции в самый ответственный момент. Надо сказать, что когда шла восстановительная работа по 1-й гитаре, он также не особо регулярно посещал репетиции, упорно твердил: «Вы восстановите программу, я ведь всё помню, приеду и сыграю как надо, когда вы разберётесь с гитарными партиями». А в июле? Не говоря никому, уезжает с женой(для поддержания семейных уз) на целых полтора месяца в Италию на курорт.
Самый же младший участник группы – «педагог» Ладыженский – впал в «стрём» и постоянно стал спрашивать Gilson’a о барабанщике и говорил:
- Сергей, где Andy? Я думал, что мы будем все вместе разучивать мои гитарные рифы (разумеется, вместе с барабанщиком).
Но не тут-то было. Andy не хотел «париться» на базе просто так, помогая гитаристу «выкрутиться». Andy не понимал (по мнению Gilson’a ), что «вытягивать» только что пришедшего в состав человека – гитариста нужно сообща и как можно быстрее. В этом – залог успеха и движение вперёд.
      Laid пребывал в «непонятках». Он думал, что барабанщика больше нет в составе.
Более опытные Gilson, Daim и Kiph объясняли как могли, что это – временно, что нужно выучить, Женя, свои партии, а барабанщик придёт и простучит, ведь он выучил и помнит свои барабанные партии.
      Но эти объяснения для студента-педагога были неубедительны. После приезда с курорта в посещениях Andy репетиций ничего не изменилось, и ситуация продолжала ухудшаться. Ладыженский также стал «задвигать» репетиции, считая, что можно делать так, как ему хочется. К тому же начались осеннее-зимние предсессионные зачёты, а затем «светила» сессия. А всем известно, что когда наступает сессия для студентов-гитаристов, их словно нет на земле, их не найдёшь! Их будто бы спиздили! Они озабочены будто женщины в дни менструации.
      Вот и сидели на почти своей хорошей репетиционной базе (ул. Генерала Ермолова) три музыканта: Gilson, Daim и Kiph. Естественно, работали, делали всё, что могли, чтобы музыкальная жизнь команды не замерла, чтобы работало Brutal-сердце коллектива. Но, и естественно, думали: кем заменить «занятого» безответственного за свои слова и поступки барабанщика и студ-педа. Вдобавок, вскоре Andy вклинился в тусовку королей российских дорог – байкеров, - уважаемых группой SHEHINE. И стал ещё более избегать репетиций. На вопрос Gilson’a по поводу своего отсутствия на нескольких репетициях Andy выдал: - А мы ездили в это время на мотоциклах в город Брест, спали в палатках с подругами и мотоциклами по дороге в город, в ближайших лесах, тусовались, пили пиво и т.д.
- Да, з..бись! – опешил Gilson.
      А бедный Йорик, то есть Джусик(нынешняя попсовая кликуха бывшего гитариста SHEHINE – Laid’a), опух, обиделся на постоянные наезды(за непосещение репетиций) на него со стороны Gilson’a. Бросив в панике весь свой мало-мальский «красный аппарат» (усилитель и 4 красных колонки), который впоследствии был продан группой в качестве неустойки за непутёвое участие Джусика в проекте, удалился в анналы совдеп-панка.
      В 1999 году участники SHEHINE решают, не прерывая отношений с почти совсем не посещающим репетиции барабанщиком, искать нового drummer’a.
      Наступает 2000 год – переходный в новое тысячелетие, - а коммунисты продолжают ходить с красными тряпками на 1 мая (сколько можно?). В этой стране почти ничего не изменилось. Кругом гопники, бандиты и раздолбаи, которым ничего не надо, кроме денег, жратвы, водки и тёлок, драк и убийств. Правительство подстать ситуации.
      Этот год группа встречает прежним составом, попутно продолжая поиск второго гитариста, приходят и уходят люди(прослушиваемые гитаристы). Нет стабильного 2-го гитариста!
Как сказано выше, со студентом Женей (Евгением Ладыженским, Laid’ом или Джусиком) пришлось расстаться. Гитарист был хороший, только – студент! Этим сказано всё.
      Drummer Andy пока ещё числится в команде, но посещение им репетиций не изменилось в лучшую сторону. Зато он купил себе мотоцикл.
      Ещё более улучшается техническая и материальная сторона группы. Часть аппарата продаётся, добавляются деньги и покупается аппаратура лучшего качества.
Gilson реализует свою давнюю мечту – покупка японской bass – guitar’ы Jackson. Ставит на неё американские звукосниматели EMG.
      Также Gilson вкладывает $$ и покупает у дилеров – компании Avallon – усилитель и колонку фирмы HARTKE USA.
      В это же время bass-player и guitar-player группы SHEHINE совмещают расклады пропечатанных в нотах двух гитарных партий гитар в одну, чтобы музыку мог исполнять 1 гитарист, и смысл основных тем не терялся.
      Попутно Gilson начинает заниматься наработкой материала к следующей более экстремальной программе.
      А команда всё-таки готовится(на всякий случай) выступать с одним гитаристом, пока нет 2-го. Объявы продолжают появляться в рок-шопах. Ведётся реклама также и в Интернете. Но стабильности нет, из-за барабаниста Andy. Именно про таких говорят – «Семь пятниц на неделе». Для него важней становятся пивные тусовки. В него вселилась апатия по поводу музыкальной деятельности. А для записи важна стабильность состава и целеустремлённость в действии.
      Но надежда умирает последней; раз есть возможности, значит найдутся и люди, способные продуктивно работать(Gilson это знает). Жаль только, теряется много времени на поиски.
      Так, вскоре в группе начинает репетировать Алексей «Голландец» - гитарист, который жил с 12 лет в Голландии(куда его увезли родители), а к 20 годам приехал обратно в «совок». Он разучил четверть первой композиции “Symbol of Faith” и пи..ец! человек пропал: его не найти ни по каким телефонам. Делает какие-то дела, где-то тусуется. Принимает участие(как оказалось впоследствии) в «левой» группе Parazitz. Переносит заранее запланированные репетиции, попадает в милицию. Говорит, играл в какой-то тяжёлой голландской группе и они, якобы, играли на одном из фестивалей с группой Gorefest. Только гитаристом он оказался посредственным, и подход у него к музыкальной деятельности оказался совковым.
      Ещё 1 «залётный» гитарист Саша удивил Gilson’a тем, что, разучив одну композицию и взявшись сделать кардан и «пятки» для стоек барабанщику, исчез вообще. Когда ему звонили – ссылался на какие-то проблемы, из-за которых он не может пока работать на репетициях, и так где-то 3 месяца. Еле забрали кардан и не сделанные «пятки» для стоек. Вот какие гитаристы встречаются сплошь и рядом. Наша задача: их быстрей вычислить и послать на х.й. Это – тормоза для развития и продвижения brutal музыки. (из цитаты С. Gilson’а).
      Gilson всё чаще и основательней листал свои пухлые записные книжки, в которых за долгие годы музыкальной деятельности было накоплено достаточно живого материала, только вот, правда, более половины – неважного качества.
      В то же время Gilson знакомится с преподавателем ударных инструментов Московского Областного Музыкального Колледжа Леонидом Гавриловичем, который приглашает басиста SHEHINE в подмосковный город Долгопрудный на выпускные экзамены drummer’ов 4-х-леток, заканчивавших училище с «красным» дипломом. У Gilson’a это вызывает интерес, и он едет на прослушивание. Но увиденное разочаровывает. Из 15 выпускников – ни одного стоящего.
Взгляд Gilson’a всё чаще приковывал телефон Романа Куликова, которому он когда-то уже звонил 1 раз, и тот отказался играть в группе, так как был занят в команде «Нейлед». Весна – март 2000 года. Gilson «перебросил» по телефону Kiph’у номер Романа, и тот позвонил будущему барабанщику и предложил участие в проекте. Роман, правда, с колебаниями, но согласился. Он ещё не знал, что за проект, но был «не у дел», и после недельной «перезвонки» решил приехать прослушиваться.
      Барабанщик подошёл. Сразу же участникам группы понравился его конкретный подход к репетиционному процессу: это – ни минуты опозданий и планомерный набор рабочего материала.
Лето 2000 года группа не оставляет надежду и упорно продолжает искать, всё же, и второго гитариста. Для этого подключаются все знакомые музыканты, подруги, тусовочный пипл. Налаживаются дружественно-рабочие контакты с Московской Музыкальной Биржей. 17 декабря 2000 года приобретается пакет документов с адресами и телефонами гитаристов – профессионалов и любителей, желающих на тот момент времени участвовать в тех или иных проектах. Но, к сожалению, после массового прослушивания 30 согласившихся кандидатов, поиски нужного человека таким способом пришлось прекратить за отсутствием оного.
      Ещё с 11 февраля 2000 года (с 15AM) начинает работать шехиновская репетиционная База №9 (метро Кутузовская) по адресу: улица генерала Ермолова, дом 6. В репетиционное помещение(подвал) стал стекаться продвинутый(за некоторым исключением) музыкальный народ. Для самой группы SHEHINE появилась ещё большая возможность общения с коллективами разных направлений. Вскоре из этой же среды в сети Amtor'а группы SHEHINE попадается гитарист одной из пупер-групп Алексей Соков – Bard. Услышав группу SHEHINE, на 1-й из репетиций, он, «загоревшись» бессмертным энергетическим пламенем, исходящим от Brutalizm’a(до того он исполнял панк + хэви + блюз + бульдог + носорог), начал работу по реанимации уже созданных парий для 2-й гитары, чтобы команда смогла наконец-то приступить к записи.
      1 июля 2001 года была произведена очередная полномасштабная фотосессия группы SHEHINE. Она проводилась опять же на Кутузовском проспекте; места проведения – у Арки, музея Бородинской панорамы, около входа в помещение репетиционной базы. Попутно фото-съёмка снималась на VHS-видео-камеру. Произведённая фотосессия и видеосъёмка запечатлели состав группы SHEHINE 2001 года в нужном «прикиде» и имидже. Состав на тот момент состоял уже из 5 человек. Это были: Gilson – bass-player, Namor – drums, Kyph – vocal, Daim – guitar-player, Bard – балалайка.
      Голос группы – господин Kiph (Сергей Никифоров) организовывает ООО «Астрал-Информ», под знаменем которого начинает работать группа. В мае 2001 года появляется возможность реализации идеи по созданию ещё одной репетиционной точки – базы в районе улицы Базовской(символическое название – само призывало к действию!). Возможность была не упущена. И, почти целый год Gilson рулил двумя базами, вкладываясь в аппарат и разбираясь с арендой.
      Коллективом SHEHINE band начинают предприниматься шаги для нахождения нужной достойной студии, в которой можно было бы произвести запись тяжёлой brutal-программы, состоящей из 8 композиций. Был найден стартовый капитал для осуществления задуманной идеи, а также фильтровалась информация о звукорежиссёрах, способных смикшировать альбом. Но, как только начинается движение вперёд, находится тот, кто тормозит, тянет всех назад. На этот раз балластом оказался балалаечник Bard. Когда он был «по уши» втянут в работу, разобрав больше половины брутальных произведений, он понял, что это – тяжёлый, кропотливый труд и так просто(без усилий) ему ничего не дастся. Необходимо упорство и усидчивость. А данный «чел» был человеком совсем другого плана. Типа, всё по быстрей. На деле же всё получалось «тяп-ляп». Играл свои партии с ошибками, постоянно забывал, и там, где забывал – импровизировал.
И вскоре Gilson обалдел от сплошной импровизации Bard’a-рукоблуда. К слову сказать, как оказалось впоследствии, Алексей Соков параллельно играл ещё в нескольких командах разных направлений. Хотя одним из основных условий его приёма в состав группы SHEHINE был запрет на участие его в каких-либо других музыкальных проектах. До последнего момента(да, даже и после), пока Gilson по чистой случайности не «застукал» Bard’a репетирующим на совместной Базе №10, на которой Bard’y было доверено нести коммерческую вахту, с другим составом, Соков лгал и скрывал данный факт.
      Постепенно, методом отбора, определилась студия, в которой группе предстояло записываться. Это – студия «ТЭФ» в Государственном Гнесинском музыкальном училище по адресу – Москва, улица Большая Ордынка, 27. Хозяин студии – Лебедев Геннадий Валентинович. В ней в своё время записывались разные экстремальные коллективы, в том числе и группа NECRO.KILL.DOZER. Самое главное при возможности – начать запись. Не упустить нужный момент. Чтобы все обстоятельства человеческого фактора, финансовых планов сложились так, как надо (удачно). И вот, вроде, нужный момент наступил. Только вот уровень игры 2-го гитариста – Bard’a(и его «левизна») – никак не вписывались в будущую запись группы SHEHINE.
      Надо сказать, к чести остальных участников группы, которые пытались исправить создавшееся положение и вразумить «блудного» балалаечника, ими были предприняты попытки как-то ограничить сумбур, вносимый данным человеком в репетиционный процесс.
      Так 30 сентября 2001 года был издан приказ «О режиме рабочего времени». В нём были определены дни и время репетиций группы SHEHINE. Один из пунктов «декларации» был такой: «В случае опоздания на репетицию исполнитель(участник группы) наказывается денежным штрафом в размере 1 минута – 1 рубль, либо другими мерами по решению дирекции. Денежные поступления вносятся в особую кассу на приобретение новой аппаратуры. За неимением денег(наличных) опоздавший назначается на трудовые работы в виде: мытья полов в туалете, уборки остальных помещений, выноса мусора.» Сначала это казалось прикольным для опаздывающих. А в основном опаздывали Bard и, специально, для поддержания бюджета группы – Kiph. Но потом все, кроме Bard’a, который не врубился, наконец-то поняли всю серьёзность данной меры. Где-то к весне 2002 года Bard окончательно утомил всех своим распиздяйством и, в соответствии с приказом, был выгнан из группы SHEHINE за проф-непригодность, лживость, недобросовестное отношение к своим обязанностям, некачественную игру на инструменте, попутную игру в нескольких «левых» командах, подлог Gilson’овских master-video-кассет.
      В начале 2002 года группа была вынуждена съехать с основной базы №9(расположенной на ул. Генерала Ермолова, дом 6), так как хозяин помещения продал её коммерсантам под иные цели. Днём 10 февраля 2002 года группа приступила к эвакуации музыкального аппарата и хоз-имущества, вывозит полный мебельный фургон оборудования. Весь процесс снимался на video.
Со 2 января 2003 года по 19 июля 2003 года новым полугодичным пристанищем группы стал филиал базы №10 по улице Базовская, где команда продолжает репетировать и ведёт поиск по нахождению новой более обширной и привлекательной по цене репетиционной базы.
      К лету 2002 года состав группы опять выражается коллективом из 4-х человек: Gilson – bass-player, Namor – drums, Kiph – voice, Daim – guitars.
      А на базе №9, а затем и на базе №10, появлялись новые группы, а также разваливались некоторые старые банды. Так из одной почти развалившейся команды Gilson’у удалось переманить клавишницу Аньку – Claw’у с хорошей техникой игры и музыкальным образованием, с клавишами Casio(упрощённой модели). Срочно был приобретён более дорогостоящий инструмент. Участники группы понимали, что клавишница не успеет к концу 2002 года(когда намечалась запись), - а было лето – полностью сочинить и выучить всю программу, все 8 композиций. Она не работала в таком стиле и не совсем точно понимала какие «расклады» нужно сочинить. Даже если бы с ней постоянно «дежурил» Gilson, который, кстати, тоже никогда до этого не работал с клавишниками, и отчасти опасался за последующий саунд группы SHEHINE на альбоме, работы предстояло слишком много, а время диктовало свои условия. Поэтому на совете команды было решено частично аранжировать композиции, те «пилёвки», в которых без третьего инструмента(1-bass-guitar, 2-guitar) – Claw’ы обойтись было действительно нельзя. Для этого специально переложили уже забитые в ноты партии 2-й гитары в «раскладе» для клавишей. На удивление Gilson’a получилось очень хорошо. Звук нот был нужным, саунд серъёзным. К сентябрю 2002 года задача была выполнена. Параллельно, на том же совете группы в начале лета 2002 года (к чести и достоинству гитариста Daim’a) им были взяты ответственные и значимые для команды обязательства сделать (на крайний случай – разобрать и играть по-«пилёвкам») партии второй гитары. Для этого Daim - семейный человек – отвёз свою жену с ребёнком к её родителям на периферию и посвятил всё лето 2002 года ударному разучиванию «завёрнутых» клёвых гитарных раскладов. И чуть не «тронулся» от такой плотной работы головой. Но выдержал экстрим. И к осени уже поигрывал на репетициях «пилёвочки», показывая тем самым готовность к предстоящей записи.
      Пробную запись одной из композиций под название FleshFulcra удалось сделать 7 августа 2002 года в студии TEF всего за 6 часов. Принимавший участие в записи 8-й (по счёту смены в группе за 11 лет) состав: Gilson – bass guitar, Daim – guitar, Namor – drums, Ann – pincers, Kiph – throat.
Для большинства этого состава впоследствии музыкальная деятельность в группе так и не стала смыслом их жизни.
      Сведение этой же композиции произошло 23 августа 2002 года. Теми же участниками. К ноябрю 2002 года с администрацией студии TEF окончательно был утверждён график записи полномасштабного CD банды SHEHINE. Планировалось произвести запись в течение одного месяца.
Никто из участников состава(кроме Gilson’a) не имел опыта записи полной программы или хотя бы демо-записи состоящей больше, чем из одной композиции. Поэтому большинство участников подошло к записи альбома с не совсем осознанной мерой ответственности (хотя все упорно готовились – репетировали) и пониманием какое количество времени и денег будет потрачено. К тому же, все основные предстоящие расходы планировал профинансировать bass-player Gilson. Остальные были готовы частично помочь.
      Наконец-то с 14 ноября 2002 года группа SHEHINE садится в студию. В первый день – вечернее время (сессия начиналась с 18:00 и длилась 5 часов, заканчиваясь в 23:00) приглашённый фотограф Иван за некоторое время до начала главного действа произвёл фотосъёмку данной студии, аппаратуры, запечатлел участников группы за их индивидуальной деятельностью по настройке и подключению инструментов.
      Также в 1-й день проводилась и video-съёмка, материалы которой лягут в основу будущего 2-го video-фильма о группе SHEHINE. Как и предполагал Gilson, запись затянулась сначала до Нового 2003 год, потом ещё на пару месяцев. Хотя бас-гитарист и барабанщик всего за 1 сессию(6 часов) записали положенный материал, гитаристу, который обязался прописать все две партии гитар за 12 часов, в действительности потребовалось 3 месяца кропотливого труда(Естественно надо учитывать свободное время в студии, в которое предоставлялись дополнительные сессии). Вокалист Kiph записал свои партии с 1-го/2-го дубля. Записал быстро и качественно (надо отдать ему должное).
      К концу 2002 года группа находит Базу №11 на улице Ямского Поля, а затем заключает договор на её аренду. И приступает к перестройке, перепланировке помещения и внутренней отделке, прикладывая где свои силы, где денежные средства. Приобретается супер-материал для звукоизоляции помещения, немного нового звукового оборудования. Строительство начинается как раз во время звуко-записываемых сессий. Столь неординарная и, по-правде сказать, обременительно-необходимая в данной ситуации мера была предпринята с оправданной целью – появившейся базой. Зато уже с 24 августа 2003 года База №11 начинает функционировать и становится оплотом музыкальной деятельности команды SHEHINE.
      Завершившаяся запись показала, что качество записанного материала оставляет желать лучшего. Это не значит, что виноваты во всём музыканты. Был допущен ряд технических ошибок (в том числе и оператором) и просчётов. Но запись, по мнению Gilson’a, получилась всё же не совсем безнадёжной. К тому же непонятно было – кто такую запись сможет свести и сделать мастеринг.
      Выделенная Gilson’ом сумма была потрачена. На сведение и мастеринг денег не осталось. Запись ни в коей мере не ощутила финансовую поддержку других участников коллектива. «Пошли» наезды на Gilson’a по поводу перезаписи материала. Были выдвинуты бредовые предложения о покупке дешевого компьютера и перезаписи в «домашних» (имеется ввиду – «базовых») условиях всей программы и произведения самоличного сведения и мастеринга. Предложение Gilson’a было: Двигаться вперёд, играть концерты и попутно «разобраться» с записью.
      К тому же злобные враги Gilson’a в лице ближайших родственников замыслили обанкротить Gilson’a и начали тяжбу с ним по поводу оставшегося после смерти отца наследства.
      Тут соскакивает из проекта Kiph (конец 2003 года). К глубокому сожалению Gilson’a участники команды (данного состава) не оценили ситуацию и не поняли своих задач, как музыканты (не видя впереди для себя перспектив без хорошей полномасштабной записи). К тому же предновогоднее наводнение (цунами) на Базе №11, произошедшее 18 декабря 2003 года, усугубило ситуацию по развалу данного состава группы. Участники коллектива отказались эвакуировать (выносить из помещения) звуковую аппаратуру, так как гитарист спешил домой к жене и ребёнку, остальные лица (правда, с колебаниями) последовали его примеру. Gilson в очередной раз остался у разбитого «корыта», вернее сказать – в бассейне с водой глубиной 1 метр, и, вспомнив навыки по спасению утопающих, принялся делать всё возможное для спасения родной аппаратуры.
      Почти весь 2004 год высушенная и отмытая база функционировала на предмет предоставления другим группам времени для репетиций. Gilson опять остался один, но не опускает руки и берётся за создание(сочинение) новой, совершенно неизведанной по гармониям музыки. Пишется новая программа, разрабатываются совершенно новые идеи, ведётся поиск по нахождению необычных последовательностей звуков, усилия также направлены на развитие и ужесточение саунда.
      Весь получившийся новый звуковой материал записывается в ноты. Вместе с этим Gilson’om вновь и вновь делаются попытки по нахождению нового барабанщика и гитаристов. Снова производится попытка пригласить барабанщика Andy, который приезжает, говорит, что согласен играть, хотя обременён личными и бытовыми проблемами и по уже известному варианту исчезает из поля зрения Gilson’a. Gilson понимает, что этот вариант – не серьёзный.
      Когда в конце 2003 года «слетел» вокалист Kiph(заблудившийся в своих мозгах), встал вопрос о поиске вокалиста. В тусовке находится гитарист Костя, который за ручку приводит войсера Пашу и знакомит его с Gilson’om.
      Так, с начала 2004 года в составе SHEHINE:
Gilson – bass – guitar, Костя – red – guitar, Паша – voice
      Gilson чувствует ненадёжность этих людей, не приветствует их участие в каком-то побочном локальном проекте. И не поддаётся иллюзиям.
      Видя долгий, тщетный поиск Gilson’ом барабанщика, эти создания предают басс-гитариста SHEHINE и сруливают из проекта, хотя было разобрано несколько вещей.
      Gilson клянётся и зарекается не иметь музыкальных дел с безмазовыми московскими студентами.
      Ситуация диктует Gilson’у – возврат к drummer’у Namor’у, который безуспешно томился дома в поисках нормального серьёзного коллектива. После ряда звонков Gilson’a барабанщику ритм-секция собирается снова вместе. Это устраивает обоих. А как известно с давних времён – где двое – там и тормозов меньше и остальные подтянутся. Попутно из одной команды приглашается на прослушивание гитарист Саша, выбранный Gilson’ом как возможный вариант гитариста. Но тот, посетив три репетиции группы, не оправдывает надежды и воздерживается от серьёзной экстремальной - сложной brutal музыки (возможно, опасаясь, что не потянет).
      Gilson звонит вокалисту 1-2-3 составов – Razer’y, просит и убеждает его присоединиться к проекту. Заручившись важной для него поддержкой друга, Gilson постепенно вместе с определившимся составом из трёх человек приступает к поиску техничных гитаристов. С помощью всемирной паутины – Интернета Razer осуществляет супер-музыкальный промоушен по рекламе о поиске гитаристов. И сперва находится, а затем, 7 января 2005 года, приглашается в команду техничный гитарист SHECK, это увеличивает потенциал группы и придаёт ещё больший оптимизм.
      Теперь начинается планомерная работа над новой программой. С открывшимися возможностями происходят новые открытия в транспозициях и аппликатуре на грифе бас-гитары и гитары. Bass player Gilson и guitar player SHECK становятся единомышленниками в поиске новых идей и звучания, как в самой музыке, так и во взглядах на саунд команды.
      Работа движется быстро и продуктивно – творчески для самой музыки, исполняемой группой SHEHINE. Спустя некоторое время, в феврале 2005 года, на электронную почту SHEHINE приходит супер-резюме в аудио- и видео-форматах от прогрессивного мистера DiaboluS’a, промышляющего брутальной деятельностью в подмосковном городе Зеленограде и движущегося на передовых волнах 21 века. Главное, что привлекло неполный состав группы SHEHINE в этом послании – это желание честно играть в брутальном проекте, техника гитариста и вера в будущее «тяжёлой» индустрии. Гитарист приглашается в группу, тем самым результативно завершается поиск гитаристов банды SHEHINE.
      В настоящий момент группа движется в бескрайнем звуковом пространстве из мелодий в седьмом измерении и пытается выбрать там и исполнить в реальном земном мире наилучшие музыкальные идеи, из чего и будет создана неординарная музыкальная программа. Существует плотный график репетиций и индивидуальной работы каждого музыканта.
      15 июля 2005 года группа осуществила плановую летнюю фотосессию, символически встретив 14 летие команды полным составом, увековеченным на «плёнку».
      25 июля 2007 года SHEHINE молниеносно отметила 16-летие банды.

.........................................................
Продолжение следует